Когда пытаешься заглянуть в будущее, мало чего получается. Даже если в общих чертах прогноз совпадает со свершившимся, то детали все равно различаются примерно как климаты Кейптауна и Рейкьявика – и нельзя в итоге сказать, в лучшую или в худшую сторону эти детали изменили твою действительность. Думал: поступлю в университет, буду там учиться вот тому и этому, приобрету профессию и буду работать там-то. А в итоге встретил там людей, с которыми быстро забыл про то, что надо учиться – плохо? Ужасно. Но зато на одной из безумных вечеринок познакомился с другом друзей этих друзей, который обнаружил в тебе родственную душу и подогнал восхитительную работу – просиживая штаны на кафедре, ты никогда бы такой не нашел. Хорошо? Да просто замечательно.

Или, запасая стафф для Нового Года, планируешь: съедим со своей половинкой MDMA, поедем гулять в Ботанический сад, там я обниму свое любимое дерево с шершавой рыжей корой, потрусь об него щекой и наконец-то познаю Истину, а потом мы, окутанные коконом безмятежности и счастья, вернемся домой, пригласим друзей и даже родителей, будем пить чай с тортиком, который испекла бабушка, и нам будет настолько хорошо, что я расплачусь от счастья – а на следующий день я напишу на бихай репорт про волшебный сад, Истину и чудо человеческих отношений. А в итоге получается, что у дерева сидят алкоголики, MDMA отпускает быстрее, чем вам удается поймать машину до дома, кокон сдувается, друзья приезжают в непотребном состоянии и вы по-быстрому их выпираете, родители приходят, но с какой-то радости их пробивает поговорить несколько часов про усопшего Гайдара; бабушка случайно запекла в тортик таракана. Ничего ужасного не произошло, но репорт писать не хочется. Половинка жалуется на головную боль, мир сер и грустен. Вы действительно отметили Новый год под MDMA, с друзьями, родителями и бабушкиным тортиком – только детали были несколько иными, чем предполагалось. Ты расстроен – так долго планировал, воображал, уже в деталях видел, как все произойдет. А вот не надо воображать. Не надо было грезить о рыжей коре, коконах и тортиках. Счастья не запланируешь, и гораздо милее то приятное, что происходит спонтанно. А если на тебя свалился спонтанный отходняк и дурная погода – что ж, прочти книгу, уберись в кои-то веки в квартире, прими ванну и благодари Джа за то, что он послал тебе такой спокойный день.

Готовясь к обстоятельному кислотному трипу, уже планируешь разбор по Грофу – однако вместо уютной и загадочной материнской матки обнаруживаешь себя, пятилетнего, сидящего в кабинке аттракциона «Иллюзион» в восторге и страхе – а матка так и не явилась. Ну и что? Чем, в конце концов, «Иллюзион» хуже матки? Матка – она всем видится, а ты – избранный. Напиши теорию Иллюзиона, выступай с семинарами, стань мировой знаменитостью. Только не надо представлять, как именно ты ей станешь – обязательно ведь станешь не так, как ожидал, а как-то по-другому.